Красавица в инвалидном кресле покорила Рим

История девушки-инвалида Ксении Безугловой, ставшей победительницей международного конкурса красоты в Риме.

«Завтра утром ты проснёшься звездой, Ксения, — наклоняясь над праздничным
столом, говорил Фабрицио, главный распорядитель, — завтра утром ты
проснёшься звездой! Все газеты будут писать о тебе, ты будешь на
обложках всех журналов!» Она не верила его словам. Но всё так и
случилось. Тем декабрьским утром, год назад, в Риме она стала королевой.
И не беда, что на всех глянцевых фото в уголке непременно торчал
краешек её инвалидной коляски… На её голове сияла корона.

Почему
эта история не стала сенсацией в России? Почему почти ничего не было
слышно о том, как в конце 2012 года россиянка стала победительницей
международного конкурса красоты для колясочниц «Вертикаль», проходившего
в Риме? Потому что платья от кутюр и сломанные позвоночники
несовместимы. Высокая мода не предназначена для тех, кто не может
ходить. Красивыми могут быть только здоровые. Ведь так мы думаем, да? А
теперь спросите Ксению Безуглову… Ту, что в юности — студенткой из
Владивостока — газеты и людская молва прозвали Приморской Золушкой, ту,
что стала королевой — даже после того, как её карета превратилась в
тыкву…

«Закрой глаза»


Почему Золушка? Мы были бедными студентами, но предложение Лёша мне
сделал так, что приморские газеты писали: «Алексей исполнил мечту каждой
девушки». Шёл 2006 год, мы встречались уже три года, мне было 23… В
тот день я вышла с работы — трудилась рекламщицей в глянце — и увидела
пажа в шёлковом плаще, со свитком, поджидающего меня. Дальше всё было
сном: подъехавшая карета, трон на главной городской площади, ковровая
дорожка, факелы, скрипач и всадник на белом коне, приближающийся
издалека… Конечно, я ответила «да»! Потом злые языки говорили, что у
всадника денег куры не клюют, но это было не так: реквизит Лёша
позаимствовал у театра, генератор нашёл у дедушки на даче, колонки —
вообще из трюма какого-то корабля, стоявшего на приколе во Владике…

Золушка
примерила вторую, недостающую, туфельку и стала принцессой. «Всё было
круто». Счастливый брак, карьера, переезд в Москву, второе высшее по
президентской программе, Лёшин строительный бизнес шёл в гору, три
месяца беременности…

Они вернулись тогда, летом, домой, чтобы
провести время на море. Ехали из приморского посёлка, машина вылетела с
дороги и перевернулась. Ксения сидела сзади посередине и, когда машина
перестала переворачиваться, ещё до приезда всех докторов, крикнула: «Не
трогайте, у меня сломан по­звоночник!» Сама поняла. Ноги не слушались.
Её повезли в сельскую больницу — транспортировать в город было
невозможно: ужасные дороги, на море шторм… Лёша нашёл нейрохирургов,
которые уже ночью примчались, прооперировали, вставили детскую — она же
миниатюрная, Ксюша, — кон­струкцию в позвоночник… «Все препараты
согласовывайте со мной! — кричал Алексей. — Она беременна!» «Господи, да
какой ребёнок, о чём вы думаете, опомнитесь! — трясли его врачи. — Мы
не уверены, что спасём хотя бы её!»

УЗИ показало, что с ребёнком всё в порядке.


И с этого момента я поняла, что мне есть ради кого бороться. Вскоре
вертолётом меня доставили во Владивосток. Реанимация. Я требую зеркало.
Заходит Лёша: «Закрой глаза». Потом: «Смотри, кого я привёл». Передо
мной стоит Света, мой косметолог. Покрасили глаза, брови, сделали маску,
массажик… Я чувствовала, что нужна и любима, и не имела права быть
раскисшей и неряшливой. Ради мужа и дочки. Перепробовали всё: народных
целителей, пчёл, иглоукалывание… Вернулись в Москву, и все оставшиеся
полгода беременности я пролежала в кровати, вынашивая наше дитя. По дому
передвигалась в кабинетном кресле на колёсиках. И думала, что
инвалидное мне никогда не понадобится. «Вот рожу — и встану!» —
казалось… Родила. Не встала. Первые три Таины месяца мы пролежали с
ней в нашей большой кровати, рядышком, я с термосом, в котором Лёша,
уходя на работу, оставлял мне чай, и ноутбуком, в котором искала новые
способы лечения. И Тая с краешку, спящая, мирная, счастливая, с моим
молоком на губах… Потом взяли няню, а я начала с остервенением
заниматься. Тренировки начинались в 8 утра, между делом я сцеживалась в
бутылочку — и за несколько месяцев загнала себя в темноту.

Душа
ослепла от безумной надежды, физической перегрузки и отчаяния. Муж взял
её за руки и сказал: «Так дальше нельзя». Нужно отдыхать. Нужно жить
здесь и сейчас. И они уехали. На Канары. Потом — Мальдивы. С тех пор
зимуют, пережидают холода, в которые так трудно на коляске, в Таиланде. В
Таины 3 года Ксения вышла на работу — «по удалёнке», в отдел
спецпроектов глянцевого журнала. А когда дочке исполнилось 4…

Вертикаль


Подруга огорошила: «Ты только не волнуйся, но я отправила твои фото в
Италию. На конкурс. Тебе прислали приглашение. Летишь?» Лёша был в
командировке, моя мама оставалась с дочкой, и я, никому ничего не
сказав, одна улетела в Рим. В Европе колясочнику совсем не страшно, даже
в одиночестве! Отбор, четвертьфинал, полуфинал, финал… Платья
стоимостью по 5 тысяч евро, расшитые вручную… Мы представляли их
парами: девушка на коляске и модель «на ногах». Так было задумано:
уравнять возможности, показать, что женщина в любом состоянии может
оставаться красивой и желанной. Когда я «выходила» за своей короной, зал
стоял и плакал, и я слышала крики: «Белла! Беллиссима!»

Я
спрашиваю Ксению, крутящую по кухне колёса своей коляски руками во
француз­ском маникюре, что было бы, если бы не конкурс. Получилось бы из
неё то, что получилось сейчас? «Я — женщина с миссией, — говорит о себе
Ксения. — Моя цель — менять мир к лучшему». Она не знает, стала ли
моторчиком та победа или её любовь к людям — далёким и близким — сделала
её такой, меняющей мир. Она начала с малого.

 Красавица в инвалидном кресле покорила Рим
Красавица в инвалидном кресле покорила Рим

— В моём центре
реабилитации я наблюдала женщин на колясках. С серыми лицами, в
одинаковых трениках, бледных и неухоженных. Ровно таких, какими и
представляет инвалидов большинство. Мне захотелось что-то поменять! И я
устроила мастер-классы по красоте: учила краситься, причёсываться,
выправлять силуэт длинными юбками… И однажды, войдя в столовую,
увидела их преображёнными: с помадой на губах, причёсками, в кофтах с
рюшами и — сияющими глазами…

На Пхукете она встретилась с
губернатором провинции, выбила разрешение и нашла деньги для того, чтобы
переоборудовать пляж под нужды колясочников. Сделала то же самое в
Москве, на пляже Левобережный. Поддерживает лагерь для колясочников
«Инвалето». Проводит благотворительный марафон для сбора средств на
автомобили для инвалидов во Владивостоке. В Якутии инспектирует
доступность среды. Входит в молодёжный совет при мэре Москвы и в совет
при департаменте культуры. Курирует вопрос планирования семьи для
инвалидов. Мечтает открыть свою школу красоты. Организует международный
конкурс для колясочниц в Москве. Несёт паралимпийский огонь.


Когда делаешь что-то для людей, то уже невозможно чувствовать себя
отщепенцем, изгоем. И я понимаю, что я — самый счастливый человек.
Судьба сделала мне подарок: я смогла остановиться в круговерти дней и
увидеть тех, кто рядом и нуждается в помощи больше, чем я.

Дни
текут за днями, и кроме больших дел она успевает и в малом. Растит Таю.
Водит её на кружки. Ездит за рулём. Покупает продукты. Кормит мужа.
Красит ногти на ногах в ярко-оранжевый цвет. И хотя, сидя в кресле, не
может даже дотянуться до тарелок на верхних полках на собственной кухне,
меняет чужие жизни. Просто своим существованием. Белла. Брависсимо,
Ксения.

Полина Иванушкина

Источник: http://www.aif.ru

Добавить комментарий